Целевое бессилие: США продолжают утопать в иранском кризисе

Андрей Кузмак разбирает выступление Дональда Трампа, от которого многим стало стыдно

Речь Дональда Трампа на пасхальном обеде в Белом доме ожидалась с большим интересом. Сразу несколько авторитетных западных изданий сообщили, что в ней президент США объявит о завершении военной операции против Ирана, чем подстегнули рынки к оживлению.

Предполагалось, что Трамп повторит выступление Джорджа Буша-младшего, который, находясь в несколько похожей ситуации в мае 2003 года, заявил на борту авианосца «Авраам Линкольн» о «выполненной миссии» и «достигнутой победе» в Ираке.

От 47-го президента США ожидали чего-то подобного – по крайней мере это могло успокоить сведенные судорогой глобальные финансы. Однако Трамп пошел другим путем.

Целепредлагание

Относительно иранской кампании он вновь заявил, что собирается закончить ее «очень быстро», за следующие две недели «вернув в Иран в каменный век», и что его команда «почти у цели». В итоге одни корпоративные мейнстрим-СМИ (например, The Hill) восприняли это заявление как опровержение слухов о готовящейся наземной операции, другие (например, The New York Times) – как крушение надежд на скорый мир.

Проблема состоит в том, что никто в Белом доме толком пока не сумел сформулировать ту «цель», до достижения которой осталось совсем немного. И никакой ясности Трамп своей речью не внес. Если верить победным реляциям президента США и его заверениям о скором успехе, то конечной целью всей иранской кампании было создание глобального экономического кризиса («Мы стали энергетически независимыми»), долгосрочного хаоса на Ближнем Востоке и насилие и разрушение ради насилия и разрушения. В таком случае успех действительно полный…

Правда, временный. Потому что, как считает Трамп, перекрытый Ираном Ормузский пролив откроется «естественным образом» по окончании конфликта: Тегеран «захочет продавать нефть», цены на топливо в мире «быстро снизятся, а цены на акции быстро вырастут». Нынешняя же ситуация, по его мнению, вызвана не его действиями, а является результатом «безумных террористических атак иранского режима на коммерческие нефтяные танкеры в соседних странах».

Последнее внезапно очень напомнило прежние заявления администрации Байдена и руководства ЕС о том, как Россия бессовестно «использует как оружие» все проблемы Западного мира – от нефти с газом и правых европейских политиков до мигрантов и летней жары.

Таким образом, если реальные цели состояли в смене политического режима в Иране и получении контроля над мировым рынком энергоносителей – о чем Трамп также заявлял напрямую – то речь идет скорее о неубедительной попытке оправдать громкое поражение.

НАТО за оплату

Куда больше времени глава Белого дома уделил внимания другому созданному им же сюжету – противостоянию элит внутри западного лагеря и расколу в команде Североатлантического альянса. Он обрушился с обвинениями, временами – с переходом на личности – в адрес европейских лидеров, а также предшественников.

В частности, Эмманюэлю Макрону он припомнил оплеуху от жены («…его жена относится к нему крайне плохо. Он все еще восстанавливается после удара в челюсть»), Киру Стармеру – удручающее состояние британских ВМС («Я ему сказал: у тебя есть два старых поломанных авианосца. Можешь их отправить?»).

Прилетело от Трампа и демократам. Обама получил за сделку с Ираном по СВПД, Байден – за то, что он – «дурак», который «подарил Украине $350 млрд» и оружие, «которое сейчас необходимо».

Общая тональность обращения президента США (если опустить упреки в адрес Тегерана за то, что иранцы неправильно воюют, и политических оппонентов за глупость и безволие) свелась к выводу из простой логической задачи, которую ранее он поставил перед европейскими союзниками и которую они, очевидно, не осилили. Нежелание вновь хотя бы для демонстрации «помахать хвостиком» и принять на себя ответственность за кризис означает для Европы пересмотр прежней системы отношений. «НАТО обошлось с нами очень плохо. И мы это запомним!», — заявил Трамп. Примечательно, что уже созданные Белым домом проблемы Старый свет тоже будет решать самостоятельно: им придется «набраться смелости» и забрать контроль над Ормузом у Ирана.

Гордость приводит к падению

Таким образом, ситуация практически не изменилась. Ближневосточный кризис продолжает поглощать политический ресурс Дональда Трампа. И единственный видимый выход заключается в попытке через эскалацию еще больше усилить давление на Тегеран -вариант ограниченной наземной операции не снят с повестки.

Нынешняя администрация Белого дома повторяет фатальную ошибку предшественников -пытается сохранить ограниченную вовлеченность и победить в конфликте, который для противника является экзистенциальной войной. А затем, в контексте надвигающегося грандиозного провала, Запад выказывает раздраженное удивление тому, почему враг не хочет подписывать сделку, которая отбросит его в разряд стран третьего мира. Как справедливо на этот счет отмечает The American Conservative, в экзистенциальной войне вы не будете договариваться о том, что не касается вашей базовой безопасности.

Итогом этого становится черная дыра экономического кризиса, которая умножает хронические проблемы, ускоряет негативные социальные тренды и обнуляет политические рейтинги. Оптимизация издержек на европейском направлении и консолидация ресурсов в Западном полушарии в этом смысле не перевешивает бессрочную «инвестицию в ноль» на Ближнем Востоке. Какими бы священными мотивами она ни объяснялась.