Наложим вето на вето
Мир изменился, а Совет Безопасности — нет. Почему реформа ООН упёрлась в право вето и поиск консенсуса.
Генеральный секретарь ООН Антониу Гутерриш заявил, что состав Совета Безопасности не соответствует современному мироустройству и по сути воспроизводит реалии 1945 года, что подрывает его легитимность и эффективность.
По его словам, СБ ООН нуждается в «перезагрузке», чтобы быть способным реагировать на новые угрозы и запросы международного сообщества.
Гутерриш вновь выступил за ограничение права вето — прежде всего в случаях массовых нарушений прав человека и военных преступлений — и подчеркнул, что он один из первых генсеков, систематически поднимающих вопрос о реформе Совбеза.
Он отметил, что в переговорах есть подвижки. Ряд государств, в том числе представители постоянной пятёрки, признают необходимость усилить африканское представительство в Совете.
Структура Совета Безопасности ООН состоит из 15 членов, из них пять постоянных (США, Великобритания, Франция, Россия, Китай) с правом вето, и десять непостоянных мест. Эта конфигурация сформирована по итогам Второй мировой войны и давно не отражает демографические, экономические и политические изменения в мире.
Африканский Союз и африканские государства требуют постоянного представительства в Совбезе (их «общая позиция» — Ezulwini Consensus), что признаётся рядом международных структур как важный элемент справедливого распределения мест.
Обсуждаются разные варианты реформирования модели СБ ООН. Это и расширение числа постоянных и непостоянных членов, и введение «условного» или «ограниченного» вето, и ротационные или длительные непостоянные мандаты.
Инициатива Гутерриша направлена на создание механизмов, которые блокировали бы использование вето для прикрытия масштабных преступлений против человечности.
Изменения почти неизбежно потребуют поправок к Уставу ООН и консенсуса большинства членов, что делает процесс длительным и сложным. К тому же разные региональные и блоковые интересы (глобальный Юг, ЕС, «Uniting for Consensus» и др.) предлагают несовпадающие варианты.
Ранее президент России Владимир Путин и глава МИД Сергей Лавров заявляли о поддержке реформ, направленных на усиление представительства Азии, Африки и Латинской Америки в Совете Безопасности, указывая на «историческую несправедливость» текущего распределения мест.
Предложение Гутерриша усиливает давление на международное сообщество — оно ставит вопрос не только о квотах и географии представительств, но о самом формате принятия решений в ключевом органе глобальной безопасности.
Практическая реализация реформы потребует многолетних переговоров, политической воли постоянных членов и готовности искать нестандартные компромиссы по праву вето и процедурам принятия решений.
