СТЕШИН – РЕПОРТЁРАМ: Она чудом спаслась от ВСУ, а теперь ей предложили вернуться на Украину и снова заехать в Россию
В вечернем эфире РЕПОРТЁРОВ «Все будет хорошоу» специальный корреспондент КП Дмитрий СТЕШИН рассказал о тяжелой истории жительницы ЛНР Анны, которая четыре года жила в оккупации.
Осенью 2022 года ВСУ начали наступать на Луганском направлении. Все происходило стремительно. События сентября 2022 года застала жительница одного из сел в ЛНР Анна. Она рассказала, как чудом спаслась от ВСУ благодаря контузии.
Ее приняли за мертвую. И не добили
Она вышла к нашим в маленький городок — не могу называть его. Сразу приехали следователи, местные милиционеры, паспортистки. Никто не держал под запретом. У нее было немножко российских денег — наконец сходила в магазин, купила влажных салфеток, два бублика. Сняли биометрию, все изучили. Все с ней было хорошо.
Четыре года на линии фронта. Прямо на передке. В груди осколок пальцами, пальцами вырвала, нога не ходит, контуженная бог знает сколько раз. И спаслась она благодаря контузии — ее приняли за мертвую и не добили. Выжила.
Вернитесь на Украину и въезжайте через Шереметьево
Ее забрал брат. Неделю назад пришли в миграционку в Донецке. И придрались к тому, что в документах не указано подразделение, которое ее выводило. Ей порекомендовали… вернуться на Украину, через линию фронта, и въехать в Россию через Шереметьево. Мне брат звонил. Он и плакал, и смеялся, и матерился одновременно.
На следующий день пошли в центральную миграционку. Там оказался молоденький лейтенант, прикомандированный из Москвы. Вник в историю. Сказал: «Все будет нормально».
Будем верить. Редакторы, кто читал мой материал, все плакали. Я плакал, когда писал. Анну не оставят.
Почему одни покупают российское гражданство, а те, кто выстрадал его сталкиваются с бюрократией?
Это саботаж, порожденный отсутствием нравственных ориентиров и морали. Женщина вышла — у нее в груди осколок, нога не ходит, она контуженная бог знает сколько раз, четыре года на линии фронта прожила, прямо на передке. Но ничего в душе у человека не шевельнулось.
Не знаю, как нам от этого избавляться. В Бога может верить, но в Бога все не поверят. В Бога же не верят, когда хорошо.
