ПЯТИБРАТОВ — РЕПОРТËРАМ: Трамп недооценил Афганистан, теперь ему придется торговаться с талибами

Желание президента США вернуть авиабазу Баграм для слежки за Китаем будет непросто реализовать. Пекин может предложить афганцам куда больше, чем американцы. А литий, которым богат Афганистан, необходим всем на планете.

В утреннем эфире «РЕПОРТЁРОВ» «Утро добрым не бывает» Иван ПЯТИБРАТОВ, доцент Финансового университета, ведущий аналитик Центра политической информации, — про военное присутствие США в Афганистане.

Литий как главный ресурс

Когда мы говорим об Афганистане, первое, что традиционно приходит в голову, — это литий. Литий — это то, что США крайне необходимо, и залежей которого у них самих немного. Крупнейшие месторождения, включая неразведанные, находятся именно в Афганистане.

Если учесть, какую огромную ставку Трамп сделал на технологии (свидетельство тому его недавняя поездка в Великобританию и тарифы против Китая), становится очевидно: речь идет о развитии технологий в целом — искусственного интеллекта, криптовалют и, конечно, вооружений. А литий задействован во всех этих отраслях, поскольку является ключевым источником энергии.

Китай здесь — далеко не единственная цель. Судя по всему, у Трампа в ближайшее время намечается встреча с Си Цзиньпином, и ему нужны дополнительные точки давления. Например, он может сказать: «Мы возьмем базу Баграм и будем следить за твоей ядерной программой». Это способ усилить переговорные позиции. Но, конечно, Китай так просто не продавить.

Военное присутствие вместо экономики

Речь идет не только о Китае, а, скорее, о военном присутствии в регионе. США это дает не только стратегический контроль, но и доступ к ресурсам. Афганистан, даже после прихода Трампа, оставался зависим от Соединенных Штатов через программу USAID. Экономическая ситуация там всегда была паршивой, а вместе с ней и политическая. Деньги из USAID — 1,8 млрд долларов — позволяли хоть как-то стабилизировать положение: часть шла на гуманитарные нужды, часть возвращалась в экономику.

Когда Трамп урезал финансирование, он фактически сократил одну из самых затратных программ США. При этом Вашингтон все равно хотел сохранить контроль над регионом, но уже не через экономику, а через военное присутствие.

Торг с талибами

Вместе с тем разговоры Трампа о базе в Афганистане можно рассматривать и как элемент торга с талибами. Сценариев несколько: талибы соглашаются на базу в обмен на отказ от финансовой поддержки; либо, наоборот, США оставляют им деньги, но без военного присутствия.

Для Трампа любая сделка — это всегда несколько исходов, и каждый в чем-то выгоден. Даже если все ограничится пустым заявлением, это уже инструмент давления. Но возвращение в Афганистан — шаг крайне спорный: США оттуда еле вышли, и теперь это может быть лишь медийный торг, в том числе с Китаем. Правда, Пекин прекрасно понимает, куда вкладывает деньги, и уже прочно вошел в афганскую экономику.

Китайский ответ

Есть и официальная реакция Китая: Пекин заявил, что уважает территориальную целостность Афганистана, а его будущее должны определять сами граждане. Однако окологосударственные китайские СМИ прямо намекнули талибам: пускать американцев — плохая идея, и Китай может предложить гораздо больше, если Кабул проявит благоразумие.

Китай действует иначе, чем США. Там, где американцы через USAID постоянно устраивали проверки и сворачивали программы из-за коррупции, китайцы просто предлагают деньги без жесткого контроля. Построили дорогу — отлично. Вложились в энергетику — прекрасно. Афганистан готов принимать любые инвестиции, понимая собственную токсичность для мирового бизнеса. Китайцы, напротив, любят подобные проекты, ведь даже не самые крупные вложения в Афганистане приносят отдачу и закрепляют их влияние в регионе.

Таким образом, Трамп, возможно, недооценил Афганистан — это не пустое поле с талибами, а страна, где уже активно работает Китай. И американцам придется иметь дело именно с этим фактором.