ПЕТРАШКО — РЕПОРТЁРАМ: Проект с BlackRock в Узбекистане — это вопрос контроля над регионом, а не просто бизнеса

В еженедельном шоу РЕПОРТЁРОВ «В Фокусе» Мария ПЕТРАШКО рассказала, какие риски может нести участие BlackRock в создании Ташкентского международного финансового центра.

С новыми инвестициями появляются внешние экономические интересы

BlackRock участвует в создании Ташкентского международного финансового центра. В Нью-Йорке глава администрации президента Узбекистана Саида Мирзиёева встретилась с руководством BlackRock и Global Infrastructure Partners. Запуск центра запланирован на 2027 год, а BlackRock помогает разрабатывать его концепцию и структуру.

На первый взгляд все прекрасно. Узбекистан открывается для крупного международного капитала, получает инвестиции, инфраструктурные проекты и возможность превратить Ташкент в финансовый хаб Центральной Азии.

Но у этой истории есть вторая сторона. Чем глубже иностранный капитал входит в стратегическую инфраструктуру страны, тем больше появляется внешних экономических интересов, связанных с ее политической стабильностью и дальнейшим курсом.

Новый финансовый центр свяжет руки Узбекистану

Первый потенциальный риск — политическая зависимость через экономику. Когда в стране возникает крупный международный финансовый сектор, изменения законодательства, регулирования и внешнеполитического курса начинают затрагивать интересы уже не только самого государства, но и иностранных инвесторов.

Второй вопрос — внутренняя политика. Открытая финансовая система, иностранный капитал, новые элиты и тесные связи с западным бизнесом создают дополнительный слой внешних интересов. В случае серьезного внутреннего кризиса он теоретически может превратиться в инструмент давления.

И наконец, есть география. Узбекистан находится в Центральной Азии — между Россией, Китаем, Афганистаном и другими государствами региона. Поэтому вопрос о том, кто контролирует инфраструктуру, логистику, энергетику и финансовые потоки, неизбежно выходит далеко за пределы обычного бизнеса.

Финансовый центр в Узбекистане может стать инструментом влияния

Чем выше стратегическая ценность Узбекистана для внешних игроков, тем острее будет конкуренция за влияние в регионе. Поэтому превращение Ташкента в международный финансовый центр — это вопрос не только денег.

И здесь я бы внимательно смотрела на детали. Какие активы будут открыты иностранному капиталу? Какие правила получат инвесторы? Какую роль они смогут играть в стратегических отраслях? И главное — насколько Узбекистан сохранит самостоятельность в принятии ключевых решений?

Финансовый центр действительно может стать инструментом развития. Но может превратиться и в инструмент внешнего влияния.

Мне, конечно, хочется верить в лучший сценарий: Узбекистан сумеет привлечь необходимые инвестиции, использовать западный капитал в собственных интересах и при этом не отдаст ему возможность диктовать политические решения.

Но именно за этим и нужно следить.