МИРЗАЯН — РЕПОРТЁРАМ: Европа разгоняет антироссийскую истерию, чтобы заставить свой народ «проглотить» милитаризацию в ущерб социальным расходам

В утреннем эфире РЕПОРТЁРОВ «Утро добрым не бывает» политолог-международник Геворг МИРЗАЯН обсудил европейскую милитаризацию и информационную войну против России.

Правило громких заявлений и угроз

Заявления Дмитрия Анатольевича очень красиво звучат, они громкие, радикальные, но есть очень четкое правило. Если не можешь или не хочешь чего-то делать — не угрожай.

Могут поймать на слабо. И, если не сделаешь то, что заявлял, то будешь выглядеть очень бледно, и твоим угрозам больше никто верить не будет.

Миллиарды на пушки, ноль на масло

В Европе запущена гигантская программа милитаризации. Сотни миллиардов евро вкачиваются в ВПК — восстанавливают старые заводы, строят новые.

Официальная легенда, что так перезагружают экономику. Реальная подоплека: нужно оправдать траты. Для этого разворачивают антироссийскую истерию: «русские вот-вот пойдут захватывать Европу».

Любой повод — хоть залет дрона в Румынию — становится кирпичиком в стену «срочной ремилитаризации».

Но опросы в Западной Европе показывают резкое падение готовности людей жертвовать экономикой, социалкой и ценами на топливо ради обороны.

Народ не хочет «пушки вместо масла». Поэтому истерию приходится нагнетать искусственно. Чем они сейчас и занимаются.

Брюссель дерется не за Украину, а за себя

Почему Европа так хочет стратегического поражения России? Потому что без него она не выиграет эту войну.

На эти цели вложены серьезные деньги. Сейчас активно раскручивается тезис для российского патриотического сообщества: «Россия не может воевать, не хочет воевать, Путин не воюет по-нормальному — значит, надо заключать мир и сдаваться».

Это не просто разговоры. За этим стоят большие бюджеты и серьезные VIP-спикеры. И, увы, это дает результат.

Но есть и второй, более глубинный мотив. Европа понимает: если она проиграет, то национальные правительства зададут вопрос — а зачем мы отдали столько полномочий наднациональным структурам, которые оказались некомпетентными?

Начнется дезинтеграция Евросоюза. Потеря власти Еврокомиссии. Огромные ресурсы, положенные на алтарь победы, обернутся прахом. Поэтому Брюссель будет драться до последнего. Не за Украину. За себя.