МИХАЙЛОВ — РЕПОРТЁРАМ: Прибалтика всегда была затравочной станцией для раздражения России. Но США и Франция никогда не разместят там ядерное оружие

В утреннем эфире РЕПОРТЁРОВ «Утро добрым не бывает» руководитель бюро военно-политического анализа Александр МИХАЙЛОВ объяснил, зачем Литва меняет Конституцию и почему ядерного оружия в Прибалтике не будет.

Роль Прибалтики на международной арене прописана ещё с 2004 года

Государства Прибалтики исполняют роль, которую им определили при вступлении в НАТО в 2004 году. Им было суждено стать буферной зоной между ключевыми европейскими членами альянса и Россией с Белоруссией, а также полигоном для учебно-боевых манёвров всех родов войск НАТО.

В Литве уже девять таких полигонов, в Эстонии — семь. То, что ключевые европейцы не хотят делать на своей территории, делается на землях Прибалтики. Ещё одна задача заключается в установлении контроля над акваторией и воздушным пространством Балтики.

По логике НАТО, это ключ к Санкт-Петербургу и к возможному гипотетическому поражению московского региона. Поэтому Прибалтика была, есть и остаётся затравочной станцией для раздражения России. Но ни США, ни Франция никогда не разместят своё ядерное оружие на её территории.

Штаты могли бы перевезти ядерные боеголовки в Грецию, где инфраструктура подготовлена ещё с Холодной войны. Но это потребует согласования с Турцией, а турки часто выходят из-под контроля Вашингтона. Прибалты же сами по себе не субъектны. Если хозяин прикажет, они откроют ворота. Но хочется верить, что США и Париж на такую опасную эскалацию не пойдут. Ответ со стороны России будет очень резким.

В СНВ-4 могли бы зафиксировать не единую цифру ядерных боеголовок для всех, а нынешние запасы каждой державы

Китайская позиция уже известна. В Пекине говорят: «Опускайте свои потенциалы до китайского уровня, и тогда сядем за стол переговоров». При этом своё количество боеприпасов КНР официально не раскрывает. По оценкам экспертов, в запасах у китайцев от 500 до 1000 единиц.

Но при необходимости все девять ядерных держав могли бы сесть за стол и подписать СНВ-4, зафиксировав не единую цифру для всех, а нынешний уровень каждого из участников договора, и ограничить дальнейшее наращивание запасов. Контроль мог бы быть обеспечен с помощью системы мониторинга, как это работало в рамках СНВ-3.

С 2010 года до пандемии прошло около 300 подобных совместных инспекций. Вопросов друг к другу не было. Именно американцы после COVID-19 начали ограничивать российские комиссии в доступе и визах, что и предопределило конец договора.

Если Путину, Си и Трампу всё же получится встретиться, я уверен, что эта тема ядерного контроля будет подниматься в разговоре между тремя крупнейшими державами. Вопрос в том, придут ли они к согласию. Возможно, Китай будет отказываться, потому что понимает: договор ограничит развитие ядерной программы КНР.

Россия — военно-техническая держава, с которой обязаны считаться

Пока Трампу удаётся удерживать ситуацию в режиме плохого мира, при котором имеется выстроенная коммуникация между США и Китаем. Это говорит об определённом уровне доверия между геополитическими противниками. И я разделяю мнение коллег о том, что мир всё равно останется двухполярным.

На одном полюсе будет Китай со своими союзниками, а на другом — США. Россия сейчас не обладает возможностями Советского Союза, но имеет самые мощные военно-технические силы в мире. Поэтому с нашим мнением обязаны считаться.

Индия пока лавирует. С одной стороны у неё БРИКС и евразийский мир, а с противоположной — коммуникации с Филиппинами и тихоокеанскими государствами американской оси. Всё нестабильно, но очень интересно.