МАСЛОВ — РЕПОРТЁРАМ: Китай впервые столкнулся с такого рода противодействием своей экономической экспансии

В утреннем эфире РЕПОРТЁРОВ «Утро добрым не бывает» директор Института стран Азии и Африки МГУ им М.В. Ломоносова, профессор Алексей МАСЛОВ обсудил новую стратегию экономической экспансии Китая и объяснил, почему она дала сбой.

Тяжелый выбор: деньги или суверенитет

Китай продолжает расширяться. Если посмотреть на историю, он всегда рос — географически и экономически. Просто раньше все было проще: расширялась фактическая территория, завоевывались соседние царства. Сейчас по понятным причинам так не делается. Сейчас завоевываются целые сектора экономики.

Китай — один из крупнейших экспортеров капитала в мире. Концепция «Один пояс, один путь», инвестиции в которую достигли почти полутора триллионов долларов, долгое время позволяла чувствовать себя комфортно. Но внезапно многие страны начали давать отпор. Все хотят инвестиций, но при этом говорят: у нас есть национальные интересы, мы хотим сами контролировать свою экономику.

Когда Китай берет под контроль порты в Средиземном море или в Африке — это многим не нравится. Но тут тяжелый выбор: либо вы хотите денег, либо хотите быть гордыми и независимыми, но без инвестиций.

Сила Китая — не в безошибочности, а в скорости исправления ошибок

Китай впервые столкнулся с огромным противодействием — и меняет стратегию. Это очень гибкая страна. Я много раз говорил: сила Китая не в том, что он большой, могучий или безошибочный. Ошибки делаются. Сила — в том, что он очень быстро их исправляет.

Сейчас основной упор — на инновационное развитие: искусственный интеллект, роботизация, очень дешевые по сравнению с американскими модели внедрения ИИ. Параллельно — серьезные партнерства с Юго-Восточной Азией, активный приход в Центральную Азию. С Россией — большой вопрос: крупных инвестиций за последние годы Китай не делает, хотя контрактов подписано немало.

Все это — на фоне торможения экономики. В этом году ВВП Китая, скорее всего, покажет 4,5% роста. Это не падение, но и не то, к чему привык Китай. Есть и демографическая проблема. Это не кризис — это новая реальность.

Что хотел Трамп?

Это очевидно. Он хотел в марте приехать в Китай после разгрома Ирана и с позиции силы подписать сделку века. Но разгрома не случилось, позиции слабые, визит сдвинулся на май — и не факт, что он вообще будет посвящен этой сделке.

Китай хочет снижения тарифов — многие из них заморожены на год, срок подходит. Повышенные тарифы — угроза для китайской экономики, но и для американской тоже: заместить Китай пока нечем и некем. Трамп хочет свободных поставок редкоземельных металлов, ходили слухи даже о зоне свободной торговли.

Я не думаю, что сделка века случится в ближайшее время. Какие-то тарифы отменят, переговоры продолжатся. Но вот что интересно: Китай по-прежнему психологически нуждается в США — как в доноре технологий и как в крупнейшем рынке.

Несмотря на жесткие заявления, Китай не хочет ругаться с Америкой. Он не создает свой блок, но и не примыкает к чужим. Китай смотрит, как разрешится ситуация. В конце концов, сегодня Трамп, завтра другой президент.