КНЫРИК — РЕПОРТЁРАМ: Наличие переговоров точно лучше, чем их отсутствие, но при участии Европы договориться не получится

В вечернем эфире «Все будет хорошоу» руководитель информационного агентства News Front Константин КНЫРИК объяснил, почему Москва и Вашингтон могут быть заинтересованы в ограничении участия Брюсселя в переговорном процессе в Абу-Даби.

При европейцах мы ни о чем не договоримся

Я думаю, у России и США разные мотивы не допускать европейцев к переговорам. Мы давно имели возможность оценить адекватность европейских переговорщиков — еще по Минским соглашениям. Недавние звонки из Европы, насколько понимаю, этой оценки не изменили.

Американцы, скорее всего, понимают, что европейские элиты будут искать способы продлить конфликт, а внутри переговорного процесса попытаются сорвать договорённости. Снаружи они уже суетятся. Не знаю, как это будет выглядеть в Абу-Даби: может, вокруг здания бегать, картинки Зеленскому в окно тыкать. А украинская делегация будет периодически отпрашиваться к европейцам и спрашивать, можно ли так ответить.

При этом часть американских элит, остающаяся у рычагов влияния, на мой взгляд, сама заинтересована в сохранении такой линии. Да и давление команды Трампа на Киев выглядит недостаточно убедительно. Вспомним путаницу с заявлениями о Starlink и разведданных: отключали, не отключали, что-то сломалось.

Поэтому статус встречи — консультации. Особого оптимизма я не вижу. Кроме Трампа, у которого, как всегда, «прекрасное соглашение».

В Алешках получилось договориться

Но нынешний раунд отличается от предыдущих. В Алешках удалось локально, пусть ненадолго, договориться и выстроить механизм соблюдения режима тишины. Причем стороны сохранили в тайне чувствительную информацию о том, сколько людей выехало в Россию и на Украину. Для украинской стороны такая сдержанность, на мой взгляд, необычна.

Я не вижу ничего негативного в этой гуманитарной миссии. Если подобных точечных решений в интересах мирных граждан станет больше, это можно только приветствовать. Хотя украинская и европейская информационная повестка пока не демонстрирует поворота к миру.

Это требует серьезных разговоров между военными

С американцами мы явно обсуждаем не только Украину. Еще до начала специальной военной операции Россия обозначила вопросы к НАТО и более широкой архитектуре безопасности. Уверен, этот диапазон тем остается.

Участие Мединского я воспринимаю как продолжение стамбульского разговора, в том числе символическое. А присутствие военных и разведки важно прежде всего для практических договоренностей.

Алешки нельзя полностью сравнивать с обменами пленными. Там требовалась координация войск без их разведения, соблюдение режима тишины и проверка способности украинской стороны выполнять договоренности.

У меня до сих пор нет стопроцентной уверенности в единоначалии украинской армии. На более широком участке кто-то вполне может проигнорировать приказ.

Именно военные способны обсудить, как контролировать исполнение договоренностей. Это касается и других населенных пунктов с гражданскими, и обменов пленными. На Украине есть родственники тех, о ком, по их словам, забыли с 2022 года. Они требуют ответов.

Немножечко утомило порожняк гонять

В украинском информационном пространстве есть влиятельные люди, которые открыто выступают против мира: спрашивают, что будут делать, когда война закончится. Это тоже заставляет сомневаться, что Киев сможет обеспечить выполнение решений всеми подразделениями.

Нам, экспертам, стоит руководствоваться врачебным принципом «не навреди» и сдержаннее комментировать процесс. Эмоционально, как говорят в Донбассе, немножечко утомило порожняк гонять. Но если говорить дипломатическим языком, наличие переговоров точно лучше, чем их отсутствие.