ГУРЕВИЧ — РЕПОРТЁРАМ: Не исключаю, что с учетом публичного поведения Монтян* суд может принять неожиданное для нее решение

Татьяна Монтян (в списке террористов и экстремистов Росфинмониторинга) очень хочет создать вокруг себя ореол мученицы, а также продолжает оказывать давление на участников судебного процесса

В вечернем эфире РЕПОРТЁРОВ «Все будет хорошоу» адвокат Сталина ГУРЕВИЧ рассказала, кто и почему пишет жалобы на нее в адвокатскую палату, и поделилась мнением о деле Татьяны Монтян*.

О медийных атаках против себя

У любого, кто пишет в интернете и хоть сколько-нибудь известен, по весне активизируются не самые психически здоровые граждане. Они начинают писать жалобы, требовать «проработать», «покарать» и «провести разъяснительную беседу».

Прошлой весной некий гражданин жаловался в адвокатскую палату, что я обижаю «сороковиков» (движение «Сорок Сороков» — прим.) и они страдают от моего существования. Ему вежливо объяснили, что я не имею ровно никакого отношения ни к нему, ни к этой организации, и оснований для дисциплинарного производства нет.

Осенью появилась другая дама — большая поклонница сначала Татьяны Монтян*, а теперь, видимо, Ильи Ремесло. Она активно писала в различных «Z-чатах» (эта самая «охранота с лицом»), что я обижаю некоего Грубника, и даже подавала какую-то жалобу. Ей тоже отказали.

Все, что я писала, — это вопрос о том, почему непонятные лица ездят по расположениям наших бойцов без какого-либо контроля.

Когда у вас на передовой пропадают ложки после таких визитов, это повод задуматься. Я никого не называла предателем — лишь констатировала, что в некоторых постах звучит такое слово. Но ее, конечно, уязвило.

«Никаких дисциплинарных производств в отношении меня нет»

После этого в сети появился странный обрезанный «документ» о якобы вынесенном в отношении меня представлении. Я позвонила в палату — никаких представлений нет. Более того, если присмотреться к этому «документу», там написано, что обращение от 23 января 2026 года рассмотрено, а дата ответа, если увеличить, стоит 25-е.

Получается, Минюст за сутки получил обращение, рассмотрел его и дал ответ заявителю. Это, наверное, единственный случай в новейшей истории России, когда бюрократия работает с такой космической скоростью.

Все это — бред. Никаких дисциплинарных производств в отношении меня нет и не было. Если появятся — приду в палату и буду выражать свою позицию. Закон есть закон — буду исполнять. Пока же палата даже не видела этих жалоб.

Монтян* хочет создать вокруг себя ореол мученицы

Отдельная история — поведение Татьяны Монтян*, которая, будучи обвиняемой по уголовному делу, выложила в сеть персональные данные эксперта.

Не могу комментировать судебное решение как адвокат, но создается впечатление, что она очень хочет создать вокруг себя ореол мученицы: «за правду, за Россию, а плохая власть ее преследует».

Если отвлечься от конкретного дела, то в обычной практике любой обвиняемый, находящийся на свободе под мерой пресечения, который начинает выкладывать персональные данные экспертов, обвинять следователя в связях с СБУ, а судью — в вынесении заведомо неправосудных решений, очень быстро получает изменение меры пресечения. Это называется оказанием давления на участников процесса и продолжением преступной деятельности (ст. 98 УПК РФ).

Будет ли реакция в данном случае — вопрос к следствию. Дело, судя по всему, скоро пойдет в суд. И у суда, кстати, тоже есть право избрать меру пресечения.

Не исключаю, что с учетом публичного поведения обвиняемой суд может принять неожиданное для нее решение.

Распространение персональных данных — это уголовно наказуемое деяние. Да, обвиняемый имеет право защищаться любым не запрещенным законом способом, но этот способ — как раз запрещен.
*- в списке террористов и экстремистов Росфинмониторинга