ГУРЕВИЧ — РЕПОРТЁРАМ: Лидии Мониава давно требовалась помощь специалиста. Но никто вовремя не обратил на это внимание

В еженедельном шоу РЕПОРТЁРОВ «Злые языки» Сталина ГУРЕВИЧ разбирает громкое дело основательницы хосписа «Дом с маяком» Лидии Мониава.

2 сентября по месту жительства Лидии Мониава прошёл обыск, после чего её доставили на допрос в Следственный комитет и предъявили обвинение в распространении фейков о российской армии. Сторона защиты считает, что основанием стал пост, сделанный в феврале 2023 года. 3 сентября Симоновский районный суд Москвы избрал Мониава запрет определённых действий до 30 октября.

Лидия стояла у истоков детского хосписа и сделала много хорошего. Однако в её истории есть большое «но»

Для тех, кто не знает, сразу скажем, что Мониава не под стражей. Якобы «кровавый режим» оказался не таким жестоким и решил, что подобная мера в данном случае бессмысленна. Я тоже писала, что не понимаю, зачем брать под стражу людей, которые где-то что-то запостили.

Но почему поднялся такой страшный вой? С одной стороны, Лида Мониава — это человек, который стоял у истоков детского хосписа «Дом с маяком». Все знают, что она оказывала большую поддержку родителям. Это полезное дело. Однако во всём есть большое «но». На мой взгляд, Лидии давно требовалась помощь специалиста.

Я обратила внимание на историю с мальчиком-инвалидом Колей, которого Мониава взяла под опеку. Лидия, цитирую, когда-то говорила: «Прежде всего я принимала решение взять Колю в момент первой в жизни депрессии, на фоне скуки из-за заточения дома во время локдауна. Мне было фигово, я лечилась у психиатра, пила таблетки».

Ребёнка в вегетативном состоянии с тяжелейшим ДЦП и эписиндромом передали человеку, который публично сообщает, что лечится у психиатра и принимает таблетки. Никто не изучал личность опекуна.

«Не подушкой же будем душить?»: Мониава серьёзно рассуждала, как убить ребёнка-инвалида

Через 25 дней после того, как Коля оказался у Лидии, ещё до оформления возмездной опеки, она публично стала размышлять, как прекратить жизнь больного ребёнка. Цитирую её: «Не подушкой же душить будем? Не давать еду? Возможно, но такое решение я бы принимала, если бы страдания у него были совсем беспросветные».

Позже Мониава стала таскать Колю по митингам, катала на вертолёте, водила в ночной клуб. Ребёнок не выдержал, и у него случился приступ. Вместо вызова реанимации, Лидия написала в блоге: «В любую минуту Коля мог умереть. Я уже представила, как ко мне приедет труповозка с чёрным пакетом, и дома останется пустая кровать».

Через неделю — снова ночной клуб. Коля не пережил. Что написала Лида по поводу смерти? «Мне кажется, как Коля умер, лучше и не придумаешь».

Если бы Лидию вовремя отправили на лечение, ничего бы не произошло

Если бы тогда, четыре года назад, те, кто обязан был следить за этой ситуацией, среагировали и отправили человека с очевидной фиксацией на смерти на лечение, нынешних событий не было бы. Ни митингов. Ни криков про кровавый режим. Ни этого дела.

В итоге никто не понёс ответственности за смерть этого несчастного ребёнка. Ни опека, ни Лида. Будто так и должно быть: «Мало ли этих Коль на свете, по интернатам лежит — одного уморим, другого возьмём».

Есть человек, который, с одной стороны, помогает детям, с другой — творит такое, но это взяли под лозунг «Она святая, не трожьте её!» и попытались превратить всё в политические призывы.

Если почитать телеграм-канал Лидии, волосы дыбом встают, стоит только набрать слово Донбасс.