Третий странник
Научный журналист Котов объясняет, что на самом деле представляет собой комета ATLAS и почему ей не нужен инопланетный двигатель
Человечество в третий раз за всю свою историю фиксирует комету, в чужом происхождении которой нет ни малейших сомнений — она прилетела из-за пределов нашей звездной системы. Подавляющее большинство комет — свои, домашние, они рождаются в облаке Оорта, что расположено далеко за орбитой Плутона. Но этот объект — настоящий чужой, космический странник.
Его межзвездный паспорт проверен и подтвержден. Статус определяется однозначно — по гиперболической орбите, аномально высокой скорости и совокупности динамических параметров, которые просто не могли сформироваться в гравитационном колодце нашего Солнца.
Первым подобным визитером стал загадочный астероид Оумуамуа в 2017 году, вызвавший волну спекуляций. В 2019-м наш соотечественник, крымский астроном Геннадий Борисов, открыл вторую комету, также прилетевшую из бездны межзвездного пространства. И вот теперь 3I/ATLAS — третий подтвержденный гастролер, чья родная звезда находится где-то далеко.
Редкость явления и скудость данных — идеальный бульон для спекуляций. Всегда находятся желающие прокатиться на хайпе, срочно заявляя, что это корабль пришельцев, послание иных цивилизаций или несущая угрозу комета. Однако ученое сообщество (недавняя пресс-конференция NASA тому прямое доказательство) единодушно: эта комета ничем принципиально не отличается от тех, что мы видели тысячу раз. Никаких аномалий, никаких чудес. За исключением одного — ее точка отсчета находится у другой звезды. И это уже сенсационно.
Она не демонстрирует никаких двигательных аномалий, не совершает необъяснимых гравитационных маневров и не затормаживается так, как не должна бы по всем законам небесной механики. Все происходит ровно так, как и предсказывает расчет. Она даже не удостаивает Землю близким визитом.
29 октября комета прошла перигелий, ближайшую к Солнцу точку, и теперь безвозвратно удаляется в темноту. Ближе всего она подошла к Марсу — на дистанцию в 29 млн км. Для понимания масштаба: Луна от Земли находится в 380 тысячах км. Так что дистанция более чем безопасная, почти почетная. В этой комете нет ничего чудесного — она обыкновенная, просто очень-очень издалека. Но от этого не менее интересная для науки. Она уже часть нашей земной истории.
Охотники за призраками: почему ученые почти слепы при изучении межзвездных гостей
Резонный вопрос: если объект такой уникальный, почему у науки до сих пор нет простых ответов на простые вопросы? Все, что мы видим — это размытое светящееся пятнышко на экранах самых мощных телескопов. Объект сам по себе не светится, он лишь отражает солнечный свет, и он исчезающе мал — всего-то десятки или сотни метров в поперечнике, а не километры.
У человечества нет флота специализированных телескопов за пределами земной атмосферы. Используется все, что есть под рукой, включая космические аппараты, болтающиеся на орбите Марса. Но весь массив данных сводится к трем китам: спектр, скорость и орбита. Нельзя потрогать объект, нельзя взять пробу, нельзя понять, почему он светится иначе. Ученые, как заправские детективы, вынуждены по крупицам собирать картину преступления, располагая минимальным набором косвенных улик. Данных катастрофически мало, и это главный бич современной астрономии.
Именно поэтому в обозримом будущем человечеству потребуется создать не просто систему орбитальных телескопов, а целую службу слежения за межзвездным пространством. И, возможно, задуматься о системе планетарной безопасности. Ведь если следующий межзвездный странник окажется не кометой, а астероидом на курсе столкновения с Землей, это грозит реальной, а не киношной катастрофой.
Пока же астрономы будут кропотливо уточнять данные по ATLAS в ближайшие месяцы, получать новые снимки и сверять спектры с земными аналогами. Но на сегодняшний день в этих данных нет и намека на инопланетные технологии. Увы, сенсация отменяется.
Невозможная погоня: почему мы не можем догнать инопланетную комету
Логичное предложение — отправить к комете зонд, раз уж она такая уникальная. Ученые больше всего на свете мечтают о миссии, где космический аппарат пройдет рядом с таким объектом, а в идеале — пронзит его хвост, собрав драгоценные пробы вещества. Сравнить состав межзвездной кометы с нашими, домашними — это научная мечта, сравнимая по значимости с высадкой на Марс.
Проблема упирается в фундаментальные ограничения. Такие объекты летят с колоссальной гиперболической скоростью, а обнаруживаем мы их, как правило, с унизительным опозданием. Обычно комету находят за неделю или от силы месяц до прохождения перигелия. Некоторые объекты, как тот же Оумуамуа, и вовсе обнаруживали, когда они уже улетали прочь из Солнечной системы, повернувшись к нам хвостом. В такой ситуации невозможно мгновенно собрать и запустить космический аппарат — на подготовку сложных миссий уходят годы.
Даже с использованием гравитационных маневров у Юпитера или Сатурна, которые требуют долгого и точного расчета, на подготовку перехвата нужны годы. У нас же в распоряжении — считаные недели или месяцы. Пока что шанс есть только в случае невероятного везения — если траектория объекта чудесным образом совпадет с уже запущенным в глубокий космос зондом. Бюджеты и технологии, позволяющие держать наготове «дежурную» ракету-перехватчик, отсутствуют. Так что максимум, что доступно ученым сегодня — это выжимать всю возможную информацию из наблюдений с Земли. Каждый бит информации на вес золота.
Космонавты будущего: как ИИ будет помогать и зачем России своя станция
Параллельно с изучением далеких комет развивается и приземленная практическая космонавтика. Например, в России всерьез рассматривается возможность использования искусственного интеллекта для первичного отбора кандидатов в космонавты. Важно понимать: ИИ не заменит живых специалистов Центра подготовки, а станет лишь дополнительным, пусть и мощным, инструментом в их арсенале. Еще одна пара глаз, только цифровых.
Современный космонавт — это уже не только летчик-истребитель, готовый к смертельному риску. Сегодня это в большей степени ученый, инженер и системный администратор, способный годами методично выполнять рутинную, но жизненно важную работу на орбите. Путь от зачисления в отряд до первого полета занимает в среднем восемь-десять лет, и далеко не все его проходят. Задача отбора — найти людей с невероятной мотивацией, силой характера и готовностью к долгому и не гарантированному успеху. Это лотерея, где расплатой за проигрыш становятся годы жизни.
Другой стратегический вопрос — создание Российской орбитальной станции (РОС). Изначально активно рассматривалась полярная орбита — никто в мире еще не имел станции на такой траектории, это был бы прорыв.
Однако у этого варианта есть серьезный технический минус: выход за пределы поясов Ван Аллена, защищающих Землю от жесткой радиации, существенно ограничил бы время работы экипажа. Речь шла о трех-четырех месяцах, не больше. Сейчас, по всей видимости, это решение пересматривается, и финальный вариант орбиты для РОС может быть изменен на более безопасную, но менее уникальную. Прагматизм побеждает романтику.
«Восточный» и «Ангара»: цена космической независимости в эпоху санкций
Несмотря на вал скандалов, сопровождавших строительство космодрома «Восточный», его стратегическое значение невозможно переоценить. Это единственный космодром России, расположенный на собственной территории, с которого удобно и эффективно запускать тяжелые ракеты на геостационарную орбиту. Проблема Байконура не в его возрасте, а в геополитике — его расположение в Казахстане создает постоянный стратегический риск. В случае каких-либо политических осложнений доступ к нему может быть затруднен в одночасье.
Ракета-носитель «Ангара», чья долгая и мучительная разработка пришлась на самые сложные для страны годы, — это не просто железка. Это вопрос национальной космической независимости. Способность запускать ракеты всех классов со своей территории — не роскошь, а базовая страховка от национальной катастрофы.
Яркий и неудобный пример — Европейское космическое агентство, которое при своих огромных бюджетах из-за потери доступа к «Союзам» и череды провалов с собственными ракетами-носителями вынуждено униженно обращаться к услугам Илона Маска и его SpaceX. Россия, обладая «Восточным» и «Ангарой», такую унизительную судьбу для себя пока что избежала. Это дорогого стоит, даже учитывая все издержки и коррупционные скандалы. Космос — это слишком серьезно, чтобы позволить себе зависеть от чужой политической воли.
