МАЛЬЦЕВ — РЕПОРТЁРАМ: Камчатка — это не просто красивые пейзажи, как в National Geographic. Она прежде всего интересна талантливыми людьми

В утреннем эфире РЕПОРТЁРОВ «Утро добрым не бывает» журналист Игорь МАЛЬЦЕВ рассказал, как решился спустя десятилетия вернуться на Камчатку, чтобы создать документальный фильм о людях и культуре полуострова.

В Петропавловске-Камчатском состоялась премьера четырёхсерийного документального фильма «Камчатский блюз». Это первый показ картины для местных жителей. Основная тема произведения — самобытная культурная жизнь полуострова и его история с 1960-х годов, когда Камчатка считалась закрытой территорией, и до наших дней.

Оглянувшись назад, я понял, с какими талантливыми людьми прожил, и решил запечатлеть их в истории

С Камчаткой я связан с 1965 года. Приехал туда с родителями: отец у меня военный моряк, поэтому до 1990 года я жил по военным частям, где он служил. Позже окончил на полуострове школу, морской институт, отслужил на флоте, а после дембеля в первый же день пошёл работать в газету.

В прошлом году ленинградский деятель литературы Вадим Левенталь предложил мне написать книгу про Дальний Восток. Я согласился и сел вспоминать, как мы жили на Камчатке. Триггером стало простое понимание: жизнь столкнула меня с огромным количеством дико талантливых людей.

Когда живёшь рядом с ними и пьёшь пиво, это одно, а потом оглядываешься назад и понимаешь, какие же все были талантливые. Но люди взрослеют и начинают уходить. Поэтому я подумал, что их нужно зафиксировать в истории.

Одним из таких людей был мой друг Вадим Санакоев. Это осетинский художник, который приехал из Москвы на север в 1965 году. Всю жизнь он писал народы Севера и работал в детской художественной школе. И таких людей было очень много на Камчатке.

Пейзаж на Камчатке работает сам по себе, но было важно показать тех, кто там жил

Написав сценарий на четыре серии, я думал, что всё просто: пришёл, включил камеру и снимаешь. Но нет, мы сделали очень подробный и литературный сценарий.

Конечно, пейзаж на Камчатке работает сам по себе. Можно показывать все эти красоты, и зрители будут говорить: «Вау! Это National Geographic!». Но если упираться только в природу, до людей дело уже не дойдёт, поэтому мы чётко решили показать всех, кто выжил, и тех, кто ещё может рассказать свою историю.

Вот, например, Валерий Кравченко — прекрасный фотограф, пианист и концертмейстер. Ещё в 1964 году он снимал Камчатку на собственные фотоаппараты, в том числе ансамбли, которые потом стали знаменитыми на весь мир, и потрясающего художника Кирилла Килпалина.

Килпалин был нашим Руссо и охотником, который рисовал всю жизнь. Как-то на Камчатке его задрала медведица, но он продолжил работать одной рукой. К сожалению, многих моих друзей уже нет, но в фильме в том числе звучат их песни, которые они писали с 1970-х по 2000-е годы.

Более того, я попросил питерских и московских друзей, в том числе Евгения Маргулиса и Глеба Олейника, спеть те самые песни, которые мы исполняли на Камчатке в 1980-е. И получилось очень круто. А графика в фильме основана на моих иллюстрациях из книги.

Камчатка не отпускает: многие её жители уехали, но не все смогли начать новую жизнь

Многие люди, которые жили на Камчатке, повзрослев, уехали оттуда. Кто-то перебрался в Москву, кто-то — в Подмосковье. Но есть очень печальная закономерность. Люди, которые долго жили на полуострове, а потом переезжали, начинали испытывать проблемы со здоровьем.

Многие погибали. Я сам уехал в 1990 году и следующие три года провёл в больнице и еле выжил. Но мой друг Лёша Лысиков переехал и умер. Художник Санакоев тоже умер, когда уехал с Камчатки. Это страшно. Камчатка — очень крутое, но невероятно сложное место. Она не отпускает.