СКАЧКО — РЕПОРТЁРАМ: Тайные тюрьмы были на Украине задолго до СВО, но сейчас Киев пытается легализовать такие «ямы»

В утреннем эфире РЕПОРТЁРОВ «Утро добрым не бывает» журналист «Украина.ру» Владимир СКАЧКО рассказал, почему скандал вокруг тайных тюрем на Украине вышел на публику именно сейчас и куда исчез протестный потенциал Майдана.

Тайные тюрьмы создавали при каждой воинской части Украины, и никто в Киеве не собирается осуждать это зло

Скрытые тюрьмы возникали при каждом карательном батальоне и воинской части Украины, задействованной сначала в антитеррористической операции, а затем в войне. Создавали их для решения военных и криминальных задач. Там держали людей, которые не хотели воевать, а также бизнесменов и политиков, которых нужно было уничтожить.

Напомню историю знаменитого батальона «Торнадо». Это единственный случай, когда участников Майдана из криминальных структур осудили за жестокость. Они держали людей в яме, пытали и насиловали детей, мужчин и женщин. Потом при аэропорту появилась пыточная «библиотека», где пойманных людей называли «книгами».

Сейчас такие тюрьмы существуют по всей стране исключительно для запугивания населения. И история в Петропавловской Борщаговке стала попыткой легализации их существования для использования таких структур во внутриполитической борьбе.

И я напомню, что это произошло накануне выборов в США. Украинскую ситуацию снова использовали для воздействия на американскую политику и удара по Трампу. Но самое страшное то, что никто в Киеве не собирается осуждать это зло. Европа и коллективный Запад, которые взрастили этот режим, тоже не будут делать негативные выводы, потому что вскормленное и опекаемое ими дитя может делать что угодно, лишь бы воевало с Россией.

Протестный потенциал Майдана был утилизирован украинскими властями

Куда делся протестный потенциал на Украине? Его использовали для проведения Майдана. Сначала народ возбуждают для митингов, придают им вид революции, меняют власть, устанавливают режим, а затем самых активных участников утилизируют в военных конфликтах.

Такой сценарий реализовали и на Украине. Активных участников Майдана там организовали в карательные батальоны, отправили в Донбасс и там утилизировали в борьбе с донецкими ополченцами. Народный протест направили на внутренних врагов и гражданскую войну.

Почему сейчас люди не протестуют? Потому что общество разъединено, запугано и распропагандировано. Украинцев разбивают на отдельные группы и держат каждую в узде. Если недовольство и возникает, то только в виде локальных бунтов.

Украинцы выступают не против войны, а против собственного участия в ней

Я многократно говорил: люди на Украине протестуют не против войны, а против собственного участия в ней. Украинцы не хотят воевать сами, но не возражают, чтобы это делал кто-то другой. Поэтому местные власти поддерживают стукачество, говоря: «Не хочешь воевать? Сдай соседа». И общество с этим соглашается.

В результате протестный потенциал не превращается в общенациональное антивоенное движение. Максимум — локальные бунты, которые дают хорошую картинку. Но там не говорят: «Нет войне». Там выкрикивают: «Нет моему участию в войне».

Установка у украинцев такая, что западная часть страны должна производить патриотические лозунги, пока центральная и юго-восточная воюет и «кровью смывает российскую скверну». Это один из принципов разделения населения внутри Украины.

Поэтому никакого антивоенного движения не будет до тотального поражения киевского режима на поле боя. Здесь всё напоминает Вторую мировую войну. Немцы стали антинацистами и антигитлеровцами, когда русские танки пошли с востока, а американские, британские и французские — с запада.

Общество и дальше будет выживать по старому украинскому принципу: «Моя хата с краю, я ничего не знаю».