Киев может выстоять. Но пока он пустеет

Зеленскому выгодно, когда люди уезжают: меньше платить и проще воевать

Киев покидают люди, и это уже не политический жест, а вопрос выживания. Приближается зима, которую специалисты прогнозируют морозной. Люди спасаются от холода, от отсутствия света, тепла, воды и связи. Поток беженцев из столицы вызван не только ударами, но и простым пониманием: жить в городе становится невозможно.

Уезжают кто куда может. Основная масса пытается добраться до знакомых в других городах, где интенсивность ударов ниже. Многие уезжают навсегда за границу, например, к родственникам в Канаду. Это не паника, а расчет: люди понимают, что возвращаться будет некуда и незачем.

Сколько людей осталось на Украине, никто сказать не может. Оценки разные, и одна хуже другой. Это напрямую влияет на понимание того, сколько денег нужно киевскому правительству. Киев — огромный город, столица, символ. Здесь живут мобилизованные, протестующие, участники политической жизни. Это не Винница и не Луцк. Масштаб и символизм происходящего выходят далеко за пределы городской статистики.

Мосты, анклавы и война с Кличко

Киев держится на коммуникациях. Достаточно разрушить мосты, чтобы город распался на правобережную и левобережную части, которые плохо сообщаются друг с другом. Если нарушить другие коммуникации, возникнет множество анклавов, живущих отдельно.

Столица стала еще и полем сражения между центральной властью и мэром Виталием Кличко. Публичные обвинения в краже бюджетных денег, необходимых киевлянам, отягощают ситуацию. Киев чувствует на себе силу ударов возмездия, но не может объединиться даже против политики центральных властей. Киевляне по-прежнему не выступают против войны. Они спасаются.

Это давняя историческая тенденция. Украинцы в случае социальных катаклизмов спасаются сами по себе, по принципу «моя хата с краю». Так выживали раньше, так выживают и сейчас. Столица не становится центром политического сопротивления. Она становится зоной выживания, где каждый ищет свой маршрут.

Мобилизация в селах исчерпала себя

Разговоры о войне еще на 12 лет звучат как политическая формула. С практической стороны отток населения может играть на руку Зеленскому: меньше людей — меньше социальных протестов, меньше расходов на город. Правда, возникает вопрос мобилизации в селах. Этот процесс сложнее организовать, чем мобилизацию в Киеве, но и он уже исчерпал себя.

Новый премьер выступил с идеей реформировать мобилизационный процесс. Речь идет о людях, занятых в разрушаемой экономике, о забронированных и имеющих освобождение от армии. Премьер подсчитал, что слишком много забронированных работают на предприятиях, которые не играют «важной» роли. Если такие предприятия выходят из строя, работников можно забирать в армию и отправлять в окопы.

Речь идет о полутора миллионах человек. Это потенциальный мобилизационный резерв. Народные депутаты говорят, что люди начнут бежать и пополнят ряды уклонистов и дезертиров. Но даже если ТЦК поймает каждого десятого, это 150 тысяч человек. Солидное количество, чтобы закрыть дыры на некоторых участках фронта и усилить сопротивление. Расчет строится именно на этом.

Деньги только на войну

Отток населения сокращает социальные выплаты. Жертвы войны, которым надо платить, тоже уходят из бюджета. Зеленский рассчитывает исключительно на деньги западных союзников. На войну денег хватает, и это видно по ситуации. Сопротивление истончается, но фронт держится, а на некоторых участках даже идут контрнаступления. Удары по российской тыловой территории не иссякают.

Украинцев снимают с бюджета страны, и Зеленскому это выгодно. Люди не берутся в расчет серьезно. Подсчеты населения нужны для того, чтобы предъявлять их как доказательство: Украине нужны деньги. Под этих людей деньги требуют и направляют их на войну.

Периодически отдельные районы Киева получают минимальные условия для жизни. Появляется свет, по времени появляется вода, даже горячая. Это не решает проблему, но создает видимость нормальности. Власть показывает, что жизнь продолжается. Но люди видят, что продолжается она не для всех и недолго.

«Фламинго»: наполовину оружие, наполовину распил

В череде новостей об ударах по России упоминались ракеты «Фламинго». Одни называли их старыми разработками, другие — прачечным проектом для распила денег. Вчера компания, которая занимается этими ракетами, заявила, что будет модернизировать существующие модели, а не заниматься новыми.

Информацию об этих ракетах стоит делить пополам. Половина — вымысел и пропагандистские трюки, чтобы показать всесилие Украины и ее сопротивление. Вторая половина — манок, на который идут средства под разговоры о собственной модернизации и собственном производстве. Если дать больше денег, могут получиться баллистические ракеты украинского производства для ударов по России.

Что-то реальное в этом есть, остатки военных технологий на Украине сохранились. На фотографиях и видео ракеты выглядят тяжеловесно, по-старомодному, но серьезно. Не дай бог такая ракета взлетит и ударит по населенным пунктам России.

Однако массового производства на территории Украины не будет: страна не в том положении. Но на отдельных закрытых предприятиях ракеты могут производиться и использоваться в войне. Это не меняет ход конфликта, но создает угрозу. И дает повод для требования новых денег. В этом главный смысл проекта: не победа, а финансирование. Пока идет война, деньги идут. Когда война закончится, спросят за результат. Поэтому война продолжается.