Кардинал, Patriot и Русские Дома: как Ватикан, Киев и Европа играют в войну

Обозреватель Дульман о гуманитарных визитах, финансовых дырах и пропагандистских битвах

Визиты кардинала Маттео Дзуппи в Киев и Москву всегда совпадают с ключевыми моментами конфликта. Первый был в июне 2023 года, перед украинским контрнаступлением. Второй — в октябре 2024-го, когда ВСУ злобствовали в Курской области. Сейчас он снова едет. Видимо, зафиксировать результаты кампании по принуждению России к миру, объявленной Зеленским. Но это лишь совпадения. Официально и неофициально все его визиты касались гуманитарных вопросов: возвращения пленных, перемещенных, восстановления семьи.

Что может привезти Дзуппи сейчас? Не хочется спекулировать, он все-таки не министр иностранных дел Ватикана. Главой папского МИДа можно назвать кардинала Галлахера, который недавно был, и ничего не изменилось. Вероятно, Ватикан пробует почву на предмет предложения себя в виде площадки для переговоров. Дзуппи появляется, когда у Зеленского проблемы и нужно поговорить. Тогда Ватикан предлагает себя как площадку. Над этим откровенно посмеиваются: сейчас политическое влияние Ватикана из-за отсутствия военной силы сильно уменьшилось.

Параллельно Папа находится в Париже. Контакты Москвы и Парижа в контексте Украины — серьезная линия. Но с Макроном диалог не состоялся, поскольку Франция поставляла вооружение ВСУ. У Ватикана неплохая разведка, он имеет влияние в Италии. Мелони недавно вспомнила, что она вообще-то придерживается правых взглядов.

Но будет ли выхлоп от визита? Скорее всего, приехал, чтобы приехать. Мы из вежливости приняли – не обижать же человека в рясе. Все-таки Дзуппи не иезуит, он из белого духовенства. Может, и разведчик. Но в украинском конфликте он себя никак не проявил. В Африке он решал гуманитарные вопросы в период гражданской войну в Мозамбике. Но здесь не Африка. Так что визит, скорее всего, останется церемониальным.

Паника на Банковой: почему Русские дома стали угрозой

Украина ставит задачей сделать токсичным «Россотрудничество» и русско-гуманитарное присутствие в мире. Сибига выкатывался и кричал: закрыть во всем мире Русские дома. Тут же полезли беглые иноагенты с криком: мы взамен откроем «дома демократии». Вышел Игорь Чайка и парировал, что это будут дома терпимости. Так почему же Украина так возбудилась по поводу Россотрудничества?

Их напугало и встревожило то, что Игорь Чайка действительно поменял формат работы Агентства. Они боятся, что украинские граждане пойдут в Русские дома в странах своего пребывания. И Россия получит еще один аргумент в борьбе с киевским режимом. Русские дома для того и нужны, чтобы туда приходили люди, ощущающие себя русскими. Те, кто хорошо относится к России. Тренд интереса к России, тщательно скрываемый на Западе, все-таки существует. Россотрудничество этот тренд использует: открывает новые дома, меняет политику взаимоотношений с симпатиками России за рубежом. Конечно, это пугает Киев. Пугает и то, что украинцы придут в русские дома, чтобы решить свои проблемы. Например, пройти фильтрацию в Шереметьево.

Россотрудничество восстанавливает работу Русского дома в Дамаске. Украинские спецслужбы уютно чувствовали себя в Сирии, занимаясь вербовкой местного населения. А тут Россия возвращается. Это тоже провоцирует. Русские дома есть и в Ливии, и в других странах Северной Африки. Киев это пугает, ему не нравится любое присутствие России. Украинцы привыкли «доминировать» по всему миру. Они приезжают, машут флагами, им выделяют помещение, деньги, их ублажают. Теперь они ощущают конкуренцию. А в открытой конкуренции они всегда проиграют. Даже в гуманитарной сфере.

27 миллиардов не нашлись: Киев шантажирует Европу

Киев и западные партнеры не смогли найти 27 миллиардов долларов для покрытия дефицита военного бюджета. Премьер Украины добавил, что некоторые западные страны согласны выделять средства, но только на социальные расходы. Министры обороны стран Евросоюза не смогли договориться о передаче пакета ракет для комплексов Patriot. Буданов* практически плакал горючими слезами.

Над этим вопросом бьются украинские экономисты. По официальным данным украинского Минфина, остатки на казначейских счетах еще присутствуют – порядка 10 миллиардов, если взять вместе со счетами общин регионов. У Киева самостоятельных денег больше 5 миллиардов головного бюджета. То есть, какие-то деньги на остатках есть. Другое дело, что их не хотят тратить, заморозили все социальные траты. Из этого вывод: Киев шантажирует европейских коллег. Говорит: мы перестали ремонтировать дороги, мы только воюем, дайте гроши. А им говорят: деньги у вас еще есть, мы хотим разобраться, куда вы остальное потратили. Но на войну денег дадим.

На потешном саммите Карпатской восьмерки фон дер Ляйен выделила 3 миллиарда за хорошее поведение. Потом еще 6 миллиардов выделили: на оружие, пакеты военной помощи. А на гуманитарку денег не дают. Но потратили-то на войну деньги социальные. Украинский бюджет делится два к одному: одна треть на социальные расходы, две трети на войну. Социальная треть ушла на авантюру по 40-дневному принуждению России к миру. Теперь просят дать хоть чего-нибудь. Но лучше на войну, поскольку социалки на Украине и так давно нет. Европа не собирается загружать мозг размышлениями о том, как живется рядовым Тарасам. 27 миллиардов продолжают висеть. Украина — классический должник: денег нет, всем должна, но на пиво и водку пока еще хватает.

72% украинцев винят Зеленского в коррупции

72% украинцев считают, что Владимир Зеленский должен нести ответственность за коррупцию в своём окружении. Это следует из опроса Киевского международного института социологии. 50% населения Украины считают, что коррупция — проблема номер один. Не военные действия, а именно коррупция.

Однако серьезно обсуждать цифры КМИС, агентства «Рейтинг», «СОЦИС» не стоит. КМИС на Украине стал именем нарицательным – символом продажности украинской социологии. Два года назад цифры по коррупции были еще выше. Надо посмотреть в динамике: не оказалось бы так, что количество людей, озабоченных коррупцией при Зеленском, снизилось. Раньше КМИС давал под 80%. Для Зеленского это не работает. Те же опросы КМИС — это не изучение общественного мнения, это часть его пиар-кампании. Этот институт — коммерческая организация, которая рисует результаты по заказу. Где-то отрабатывает заказы офиса президента. Где-то — заказы «соросят».

Если надо сказать, что украинцы озабочены коррупцией – вот, пожалуйста, крайне озабочены. Хотя все опросы с 2014 года свидетельствуют об этой озабоченности. Доходило до больших цифр в зависимости от скандалов. Был поздний Порошенко*, скандал со Свинарчуками. Все уже было. Тогда украинцев тоже волновала коррупция, волнует и сейчас. Что-то поменялось? Нет.

Социология на Украине умерла. Она давно часть шоу-бизнеса. Соглашается отвечать один из десяти. Люди боятся социологов и дают социально одобряемые ответы. Есть социология для плебса. Открытая, где выборка не бьется. И закрытая, которую показывают Зеленскому под секретом. Но и она не влияет на решения. Зеленский не изменится от цифр. Они – часть его шоу.

* — в реестре террористов и экстремистов Росфинмониторинга