Как Трамп пытается повторить трюк Никсона

От институтов Конфуция до Персидского залива — Вашингтон ищет выход из тупика

Встреча Лаврова и Рубио на полях Генассамблеи ООН выглядела как дипломатический сигнал. Трамп и Зеленский тоже заговорили о готовности к диалогу. Но за этими словами не стоит реальная основа для мира. Скорее это тактическое зондирование почвы. Трамп оказался в тупиковой ситуации, и это очевидно всем игрокам. Маячившая на горизонте легкая победа над Ираном превратилась в длительную позиционную войну. Американский электорат неожиданно втянулся в нее и стал зависим от внешней политики. Обычно лишь около 15% американцев интересуются такими вопросами. Сейчас война и любые изменения в Персидском заливе мгновенно влияют на цену нефти. Это ведет к росту цен на бензин в США, а затем к общему подорожанию.

Цифры говорят сами за себя. Галлон бензина стоит 4 доллара 48 центов, то есть больше доллара за литр. В декабре прошлого года галлон стоил 2 доллара 98 центов. Рост в полтора раза очень ощутим. Он вызывает раздражение и снижает рейтинги Республиканской партии. Сейчас республиканцы отстают от демократов на 7 пунктов, а некоторые опросы дают до 12. Для Трампа в данный момент существует только одна проблема — война с Ираном. Все остальное, включая Украину, ушло на второй или третий план. Электорат думает так же. В выступлении Трампа Персидский залив занял главное место. Остальные темы отошли в тень.

Зеленский интересовал Трампа в основном по одной причине. Его напрямую попросили прекратить удары по объектам российской энергоструктуры. Зеленский отказался и попросил дополнительных денег и ракет для ПВО. Это вряд ли улучшило отношения. Но за эпатажем Трампа всегда скрывается четкая и агрессивная стратегия. Она не меняется последние 11 лет. Разворот от Европы к Азии, разрушение глобалистских институтов, созданных после холодной войны. Единственное изменение: раньше он хотел урезать внешние обязательства США, а теперь сам занимается интервенционизмом. Но только вне Европы. Стратегический курс стабилен, тактические цели меняются. Ввязавшись в войну с Ираном, он подставил и себя, и Республиканскую партию. Экономика в целом стабильна, но республиканцы теряют очки из-за роста цен.

Кнуты и пряники для Москвы

Кирилл Дмитриев летит на переговоры с Кушнером и Уиткоффом по экономическому треку. Возникает вопрос: какими реальными инструментами располагает администрация Трампа для компромисса с Москвой? «Адские санкции» подписаны, но их можно и не вводить. Трамп всегда опирается на комбинацию кнутов и пряников. Это идет из его бизнес-практики. Он предъявляет завышенные требования, чтобы напугать оппонента, а потом получить компромисс в середине. Набор пряников известен. В Анкоридже он говорил о проектах на сотни миллиардов долларов. Они возможны, если прекратятся военные действия на Украине. С кнутами сложнее. У него нет возможности передавать Украине значительный объем вооружения. Он говорит об этом откровенно. Желания тоже нет. Он даже не готов продавать европейцам системы ПВО для Украины за деньги.

«Адские санкции» не были его идеей, Трамп оттягивал принятие. Потом закон выхолостили и дали контроль президенту. В последний момент туда добавили санкции против Ирана. Типичная американская практика: на любой закон навешивают поправки. Сейчас Трамп может положить закон под сукно. Может ввести символические санкции. Может использовать его как угрозу, не применяя реально. Или ввести санкции против покупателей российских энергоресурсов. Список интересен. Китай — около 40% закупок. Индия — около 25%. Турция — член НАТО и важная стратегическая страна. Евросоюз много говорит о санкциях, но бодро покупает российские энергоресурсы. Бразилия тоже в пятерке, но там сложнее из-за игры Трампа против Лулы.

Для Трампа важнее угроза применения закона, чем реальное использование. Если он введет дополнительные санкции, рынки могут затрястись еще сильнее. Особенно рынок энергоресурсов. А это последнее, чего он хочет до выборов. Ему также нужно сотрудничество с Россией по Ирану. Поэтому сейчас не время серьезно применять закон. Ситуация для него сложна. В выступлении он перечислил много проблем. Опять восхвалял искусственный интеллект, который переименовал в суперинтеллект. Приравнял противников быстрого развития ИИ к пропагандистам глобального потепления. Намекнул на левую оппозицию. Пообещал крах режима на Кубе, намекнул на связи левых демократов с островом. Видимо, обозначил линию наступления на левых перед выборами. Вопрос Украины оказался в конце первой десятки внешнеполитических тем. На исход выборов он почти не повлияет.

Трюк Никсона не сработал: Китай, Россия и ноябрьский приговор

Пресс-конференция Трампа после встречи с Си Цзиньпином даст много ответов. Влияние Китая на Иран огромно. Трамп будет просить Си о помощи. Си попросит что-то в ответ. В США понимают, что мир меняется быстро. Многополярность ведет к локальным конфликтам, которые влияют на экономику. Разрыв между блоком Россия — Китай — Индия и США может отодвинуть американскую экономику еще дальше. Разворот в отношении Китая начался еще при Обаме. США переходили от интеграции Китая к политике сдерживания по модели Трумэна 1947 года. При Трампе это приняло эпатажные формы. Он считает, что Китай нужно давить, отрезать от рынков, разрывать связи. Еще десять лет назад в американских кампусах было больше 1000 институтов Конфуция. Сейчас осталось менее 100. Идет обрезание научного, образовательного и технологического сотрудничества.

Тарифные войны тоже нацелены на Китай. Пекин был основным торговым партнером США, а сейчас на третьем месте. Он уступает Канаде и Мексике. Все делается, чтобы экономически ранить Китай. Когда американцы украли Мадуро из Венесуэлы, это был удар по китайским интересам. Окрыленный успехом, Трамп отправился в Иран. Риторика шла о ядерном оружии, но реальной целью было выдавливание Китая из Персидского залива. Неудача привела к обратному результату. Теперь Трамп может просить помощи у Москвы и Пекина. В речи об искусственном интеллекте он фактически говорил о конкуренции с КНР. США не могут замедляться, иначе начнут уступать. Отсюда воинственная защита быстрого развития ИИ.

США понимают, что мир меняется. Официально Трамп говорит, что Америка самая сильная и технологичная. Но Вашингтон с озабоченностью смотрит на рост Китая и появление пояса великих держав второго эшелона. Стратегия Трампа во многом состояла в попытке повторить трюк Киссинджера и Никсона 1972 года. Тогда Никсон поехал в Китай и сформировал тайный альянс против СССР. Трамп хотел если не союз, то хотя бы предотвратить альянс Пекина и Москвы. Последующие события нарушили эти планы. Он все время протягивает пряники, говоря о гигантских проектах после договоренности по Украине. Он хотел бы привязать Россию экономически. Но все происходящее блокирует эти идеи. Многое зависит от ноября. Если республиканцы потеряют хотя бы одну палату Конгресса, любые начинания Трампа резко затормозятся. Возможно, их претворение станет вообще невозможным.