ПАСХИНА — РЕПОРТЁРАМ: Попытки госпереворотов, мятежи, восстания в армии — естественная природа любой африканской страны

В вечернем эфире «Все будет хорошоу» сотрудник географического факультета МГУ, автор телеграм канала Энджи Ангелина ПАСХИНА рассказала, как колониальное прошлое и нищета стран Сахеля создают почву для нестабильности.

Мятеж в Африке южнее Сахары — это норма

Попытки госпереворотов, мятежи, восстания в армии — естественная природа любой африканской страны южнее Сахары. В том же Мали сколько их было. Весной этого года лидер Мали успел арестовать нескольких высокопоставленных офицеров.

В Буркина-Фасо Ибрагим Траоре сделал себе имидж на том, что десятками исчисляются попытки покушений на него.

В Нигере ситуация всегда была сдержаннее, но такие настроения тоже гуляют. Есть оппозиция — Фронт патриотов освобождения, который поддерживает арестованного президента Базума.

Нигер — одна из самых нищих стран мира. Страны Сахеля в целом — наиболее бедственные в социально-экономическом плане. Нет выхода к морю, отвратительные ландшафтные условия, деградация почв, климатические перепады: засухи сменяются паводками, размывающими урожай. Рост населения и перевыпас скота усугубляют ситуацию. Голод, необходимость завозить продукты с наценками за транспорт. Нет собственной промышленной инфраструктуры — это наследие политики метрополий, которые не размещали в колониях полноценные производства.

Даже после обретения независимости зависимость от метрополий сохранилась. И сейчас, когда в странах сахельской тройки пришли антифранцузские режимы, Франция до конца не ушла — бизнес остался. Местная элита, получившая западное образование, связей с метрополией не порвала.

После мятежа не было ни лозунгов, ни лидера

Что касается мятежа в эту субботу: никаких заявлений мятежников не было, не было лозунгов, не был назначен лидер. Единственное — к концу дня оппозиция выпустила коммюнике с поддержкой восставших. Просто примазались. По факту так и неизвестно, кто был организатором и какие политические требования ставились.

Финансирование армии в Нигере не превышает 15 процентов ВВП. Оно росло с 21–22 года, но этого очень мало, учитывая количество угроз: проалькаидовские боевики, группировки «Исламского государства»*, банды с юга, криминал, помноженный на радикальный ислам. Но в этом мятеже непонятно что. Возможно, передел зоны влияния — сугубо аполитичный, без привязки к какому-то движению. Потому что ни предводителя, ни конкретных лозунгов так и не прозвучало.

Люди боятся Африку, не знают ее

Теперь о нашем присутствии. К сожалению, стратегия российского бизнеса в Африке — это очень краткосрочный горизонт. Прийти, быстренько поднять денег, а что дальше — не задумываются. Более-менее долгосрочные стратегии и серьезная плановая работа были только у военных структур — ЧВК «Вагнер», Африканский корпус. У военных все четко, по полочкам, распланировано. Но всё может поменяться, если гражданские решат по-другому.

Средний бизнес идет в рассинхрон, каждый тянет одеяло на себя. Серьезно засесть никто не хочет. Люди боятся Африку, не знают ее. Китайцы не боятся — поэтому у них успех. Конкуренция между ведомствами, нехватка специалистов-африканистов, аналитиков, которые могут провести комплексную оценку и помочь сделать проект вдолгую. Этого всего боятся. А зря.

* – запрещенная в России террористическая организация