ЗЕБЕРГ — РЕПОРТЁРАМ: Мне было 19, приехал туда в кедах и гавайских шортах. И начал муторно вытаскивать осколки из ран, промывать, зашивать  

Смотрите интервью волонтера Андрея НИКИТИНА и военного врача, добровольца Артура ЗЕБЕРГА, которые вспоминают события 2014 года в Донбассе вместе с историком Евгением НОРИНЫМ.

Мы там где-то около месяца пробыли и отступили уже в Алчевск. Ребята, которые со мной были, они вообще были не местные: это были старички, ветераны всех войн. Там собрали всех – от Югославии до Нагорного Карабаха. Очень крутые специалисты, очень повезло, что я с ними оказался, так как мне тогда было 19 лет, я приехал буквально в шортах гавайских, кедах и с медицинской сумкой.
 
Думал, все на месте же выдадут. Нет, ничего не было, пришлось все собирать по кускам. Истинный стиль ополченца — штаны от одного камуфляжа, куртка от другого камуфляжа и так далее.
 
Когда мы вступили в Алчевск, начали работать в городе Первомайск, я перешел уже к полковнику Дрёмову в медицинский спецназ. Нашей задачей была эвакуация раненых и помощь мирным жителям, которые находились в Первомайске.
 
Мы базировались тогда в Стаханове, у нас был госпиталь на территории бывшего детского дома. Мы сами его оборудовали и работали посменно в самом Первомайске. Оказывали помощь местным жителям и эвакуировали бойцов Казачьей национальной гвардии.
 
Помню своего первого пациента, это был комендант какого-то близлежащего города, уже не помню точно. Он был весь побит осколками, с головы до ног. И я попал в ситуацию, которая хорошо описана в «Записках юного врача». Когда на 100 километров вокруг никого не осталось, я спрашиваю: может, эвакуируем его куда-нибудь? Все говорят: врачи все первым делом сбежали, поэтому придется самим все делать.
 
И ничего, на самом деле, справлялись — вытаскивали осколки, чистили раны, даже зашивали их, что противопоказано по современным стандартам медицины. И все благополучно у них проходило. Муторно копаешься в осколочных ранах, ищешь инородные тела, вытаскиваешь, промываешь, зашиваешь.
 
Тогда война была минная, в основном ранения получали от минометов. Не было дронов, прямые боевые столкновения тоже были большой редкостью.
 
Когда мы работали в Первомайске, там обстреливали по часам. Первый обстрел в 7 утра, дальше в 13 часов и в 17 часов — прямо можно было стрелки сверять. Там в основном страдало местное население, которое не эвакуировалось. Приходилось оказывать помощь на местах — не было никакой возможности кого-то вывозить.
 
А когда дело касалось наших бойцов, мы их привозили на госпиталь, и там уже оперировали.