РОМАНОВ — РЕПОРТЁРАМ: Принимая участие в переговорах с Ираном, Трамп хочет выбраться из ямы, в которую угодил

В вечернем эфире РЕПОРТЁРОВ «Все будет хорошоу» американист, журналист «Ведомостей» Роман РОМАНОВ рассказал, что может стать предметом обсуждения в Исламабаде.

Трамп идет на переговоры с невыгодных позиций, его постам в соцсетях нет веры

Первое: он понимает, что выходит на переговоры с невыгодными для себя позициями. Второе: все, что мы увидели в его соцсетях, — чисто для внутренней аудитории. Ничему из написанного в Truth Social нельзя верить. Никакого соглашения на данный момент нет.

Есть две версии: 10 пунктов соглашения, о которых заявили иранские СМИ. 15 пунктов — Трамп написал у себя в соцсетях. Идет торг в активной фазе, и, возможно, он будет в Исламабаде. Там много вводных, которые влияют на организацию.

Например, Wall Street Journal несколько часов назад сообщил со ссылкой на источники: Иран согласится на переговоры, только если перемирие распространят на Ливан. Но по заявлению израильской стороны — двухнедельное перемирие на Ливан не распространяется.

Трамп в своей авантюре не рассчитал силу и угодил в яму

Он не сейчас согласился на переговоры. Он был готов к ним еще на третью неделю после начала всего этого. Последние две недели пытался убедить всех, что процесс идет хорошо и США близки к сделке.

Человек буквально несколько дней просит: «Ребята, перестаньте блокировать Ормузский пролив, пустите корабли, дайте мне что-то сказать американцам». Он разве что словами это не сказал прямо. Он хочет выбраться из ямы, в которую сам попал. Просто не рассчитал сил.

Понимаю, сейчас возникает соблазн сказать: это же президент США, у них лучшие аналитики, такие советники, они должны были предупредить. Но я вас уверяю: в случае с этой администрацией, конкретно с Трампом, все конвенциональные убеждения — что так не может быть, что не может он просто ни с того ни с сего, не имея плана, решиться на авантюру — не работают. И то, что мы видели с конца февраля, это доказывает.

Переговорный максимум — прекращение огня, не более

Если мы допустим, что переговоры начнутся, максимум, к которому могут прийти стороны — это прекращение огня.

Все за пределом этого — даже частичное ослабление санкций — невозможно. Не говоря уже о полноценном экономическом взаимодействии. Даже частичное ослабление будет осложнять переговоры и представляться непреодолимым вопросом.

Максимум — прекращение боевых действий на данный момент. Никто не гарантирует, что они не возобновятся через полгода.

Соединенные Штаты не способны оформить ту сделку, которая нужна Ирану в идеале. Иранцы сейчас предъявляют требования с высоких позиций, чтобы постепенно снижать. Но Иран просто не верит США. Не доверяет после 2018 года, когда Трамп взял то, что на честном слове оформили с Обамой, и отправил в мусорный ящик. После этого иранцы на такие сделки больше не пойдут.

Даже в условиях, опубликованных иранскими СМИ, указано: нужна специальная резолюция Совбеза ООН, чтобы будущее соглашение было обязательным. Они выучили уроки ядерной сделки 2015 года, когда доверились исполнительному указу, не ратифицированному сенатом. А значит, для президента он не обязателен к исполнению. Захочет — в один день возьмет и выйдет из сделки.